Во снах увидел я планету,
Где лишь растут одни цветы.
Им счёта там, поверьте, нету.
Из них слагаются мечты.
Мне не дано знать все названья,
Но лишь одно запомнил я.
Дал Бог ему очарованье
И имя Вера навсегда.
Во сне, цветов, как море было;
И я себе один избрал.
Для сердца, Вера – стало мило,
Я аромат его вдыхал.
Цветок тот, милый, драгоценный,
С планеты чудной моих снов.
Моей душе стал сокровенный,
Чтоб описать его – нет слов.
Среди цветов я находился,
Но лишь один мне душу влёк.
Я, как во сне, хоть пробудился:
Мне Веру дал, здесь Вечный Бог.
Из снов, цветок стал мне любимой,
Навек, единственной, родной,
И сделал жизнь мою счастливой.
Мне, Вера стала, здесь, женой.
Я, в имя Вера, стал влюблённый.
Здесь, вера стала часть меня.
Я, без неё, как обречённый,
Туман безверья бороздя.
Без веры в сердце – место стуже;
Без Веры рядом – жизнь в тоске.
Твой, Вера, цвет мне очень нужен.
Я счастлив, что дана ты мне.
Вячеслав Переверзев,
USA
Родился в Украине, на Донбассе, г. Горловка. Другой сайт: http://stihi.ru/avtor/slavyan68
Прочитано 8141 раз. Голосов 1. Средняя оценка: 5
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Поэт и еврейский язык - zaharur На вышеприведённой фотографии изображена одна из страниц записной книжки Александра Сергеевича Пушкина, взятая из книги «Рукою Пушкина. Несобранные и неопубликованные тексты». — 1935г.
В источнике есть фото и другой странички:
http://pushkin.niv.ru/pushkin/documents/yazyki-perevody/yazyki-perevody-006.htm
Изображения датированы самим Пушкиным 16 марта 1832 г.
В библиотеке Пушкина была книга по еврейскому языку: Hurwitz Hyman «The Elements of the Hebrew Language». London. 1829
Это проливает некоторый свет на то, откуда «солнце русской поэзии» стремилось, по крайней мере, по временам, почерпнуть живительную влагу для своего творчества :)
А как иначе? Выходит, и Пушкин не был бы в полной мере Пушкиным без обращения к этим истокам? Понятно также, что это никто никогда не собирался «собирать и публиковать». Ведь, во-первых, это корни творчества, а не его плоды, а, во-вторых, далеко не всем было бы приятно видеть в сердце русского поэта тяготение к чему-то еврейскому. Зачем наводить тень на ясное солнце? Уж лучше говорить о его арапских корнях. Это, по крайней мере, не стыдно и не помешает ему остаться подлинно русским светилом.
А, с другой стороны, как говорится, из песни слов не выкинешь, и всё тайное когда-либо соделывается явным… :) Конечно, это ещё ничего не доказывает, ведь скажет кто-нибудь: он и на французском писал, и что теперь? И всё же, любопытная деталь... Впрочем, абсолютно не важно, была ли в Пушкине еврейская кровь, или же нет. Гораздо важнее то, что в его записной книжке были такие страницы!
